Головна Головна -> Твори -> Анализ произведений св. Терезы

Анализ произведений св. Терезы



По самим заглавиям произведений св. Терезы уже видно, как глубоко она старалась проникнуть в тот внутренний мир, куда увлекала своих последователей: “Внутренняя крепость”, “Путь к совершенству”, “История моей жизни” и другие. Нигде здесь нет и речи ни o внешних явлениях, ни o законах природы, мысль остается замкнутой в субъективном мире, и в этом спиритуализме, вечно погруженном в самого себя, есть какая-то сладострастная сила.

Во всей жизни св. Терезы постоянно проявляется руководство разума, и, при изучении характера ее деятельности, не трудно убедиться, что она смотрела на мистицизм, как на орудие для торжества Церкви, но из этого еще не следует, чтобы сама она, при всем своем высоком уме, решилась признать за разумом хоть малейшее право вмешательства в дело религии. Для нее, конечно, ясна была главная цель представителей католицизма в ХVI столетия, – обратить Испанию в свою неодолимую цитадель, развив до крайней степени фанатизм ее сынов, со своей же стороны св. Тереза прилагала все силы и способности, чтобы покорить Иисусу Христу как можно большее количество сердец и воспламенить их страстным обожанием. Вопросы философские нисколько не тревожат ее, и это понятно, потому что рядом с горячим энтузиазмом, со и всепоглощающим чувством веры и любви уже нет места ни для каких сомнений, ни для каких вопросов.
Приведем ее знаменитый сонет:

Не ради вечного святого наслажденья
Тебя, Спаситель мой, я горячо люблю,
Не муки адские смущают мысль мою,
Когда я сторонюсь от зла и прегрешенья.
Нет, я люблю Тебя за это всепрощенье,
Что Ты изрек врагам пред смертью своей,
Люблю Тебя за крест, за язвы и мученья,
За кровь, которая струилась от гвоздей.
И если б не было ни ада и ни рая,
Любовь моя к Тебе глубокая, святая,
Согретая Твоим божественным огнем,
Неслась бы к небесам сердечною мольбою,
И я бы, как теперь, склонялась пред Тобою,
Пред этим мировым голгофским алтарем.
(* No me mueve, mi Dios, para querer te
El cielo que me tienes prometido
Ni me mueve el infierno tan temido
Para dejar por eso de ofender te.
Tu me mulves, mi Dios; mueve me el ver te
Clavado en esa cruz y escarnecido;
Muêve me el ver tu cuerpo tan herido;
Mueven me las angustias de tu muerte.
Muêve me, enfin, tu amor de tal manera
Que, aunque no hubiera cielo, yo te amara,
Y aunque no hubiera infierno, te temiera.
No me tienes que dar por que te quiera,
Por que, si cuanto espero no esperára,
Lo mísmo que te quiero te quisiera.)

Наш несовершенный перевод может дать лишь слабое понятие o том, что выражено в этих строфах на испанском языке, здесь сила чувства, постепенно возвышаясь патетической, страстной гаммой, должна была неотразимо действовать на восприимчивые души, совершать в них быстрый переход от относительного покоя с высшей экзальтации.

Таким же мистическим духом были проникнуты и все выдающиеся последователи св. Терезы, так жил и действовал св. Хуан Христов, – основатель ордена босоногих кармелитов, духовник авильского монастыря, где св. Тереза была настоятельницей, и вместе с тем автор мистических сочинений. Он написал трехактную аллегорию “Восхождение на гору Кармель” и “Мрачная ночь души”, – диалог между праведной душой и ее Божественным женихом. Императрица Мария – дочь Карла V и ее дочь – Хуанна, королева Португальская, – обе приняли пострижение в монастыре-кармелиток, – думали, чувствовали и поступали по тем же образцам, a Катарина Кардонская, – бывшая наставница. Дона Хуана Австрийского и близкая родственница принцессы Салернской, – провела целых восемь лет суровой отшельнической жизни в пещере, только впоследствии случайно открытой пастухом, и этим добровольным отречением от всех земных радостей, – постом, молитвой, самоистязанием она приобрела такую могучую силу, что покорила самого победителя при Лепанто, возбудив как в нем, так и во всей его армии, горячий фанатизм.

Влияние св. Терезы отражается и на двух величайших духовных писателях, каких рождала Испания в ту эпоху, когда религия, несомненно, была главным двигателем общественной жизни. Это Люис Гранадский, – автор книги “Кормчий грешников”, o которой с похвалою отзывается Мольер (Sganarelle) (*), и Люис Леонский, написавший Toлкование на книгу Иова, Имена Христовы и прочие. Эти писатели, по своему характеру, мало подходят на французских, – на Боссюэ, например, или на Массильона. Со стороны формы, т. е. красоты слога и ясности выражения мыслей, преимущество несомненно остается за последними; но если мы сопоставим в проповедниках двух наций степень страсти выражаемых чувств, силу их впечатления и влияния, глубину проникновения в сердца, то пальма первенства должна быть присуждена испанцам.

(* Да, Кормчий грешников – одна из лучших книг;
Читать бы вам ее да черпать назиданья, –
Тогда и все мои разумные желанья,
Без возражения, вы б исполняли вмиг.)

Существует одно распространенное предание o Люисе Леонском, которое мы приводим здесь ради иллюстрации его характера. Великий проповедник и вместе с тем замечательный лирик поэт, Людовик Леонский задумал перевести на испанский язык “Песнь Песней” царя Соломона. Когда эта работа уже значительно продвинулась вперед, один из послушников, наблюдавший за чистотой его кельи, похитил рукопись и представил ее духовному начальству. Инквизиция приходит в волнение, и Люис Леонский, профессор Богословия в Саламанкском университете, заключен в тюрьму. Следствие по этому делу затягивается на целых пять лет, и в разное время подсудимого семь раз призывают к формальному допросу. Наконец, когда Верховное Судилище в Мадриде признало его невиновным и университетская кафедра была возвращена ему снова, Люис, спеша воспользоваться этим давно желанным решением, в тот же день явился перед своими слушателями, собравшимися бесчисленной толпой, и, не упомянув даже ни единым словом o вынесенных гонениях, с неостывшей любовью к делу, начал свою речь обычными словами: “Итак, мы говорили в последний раз…”, будто вчера только прервал свою лекцию, a не пять лет тому назад. Проникнутый чувством дисциплины, как истинный солдат из армии церкви, он покорно выносит свой долголетний арест и, отбыв наказание, с прежней энергией берется за оружие, возвращаясь к своему посту.


Загрузка...



Схожі твори: