Головна Головна -> Твори -> Студенческие годы Ивана Александровича Гончарова

Студенческие годы Ивана Александровича Гончарова



В тридцатые годы студенчество Московского университета, как и передовые люди всей России, все более проникалось революционными настроениями. В отпет на это царское правительство усилило борьбу с «крамолой» в самом университете. Участники ряда кружков, в которые входили революционно настроенные студенты, были арестованы и обвинены в намерении «ниспровергнуть государственный порядок и ввести конституцию». Подвергались преследованиям и студенты-поляки, симпатизировавшие польскому освободительному движению. Осенью 1832 года за участие и студенческом «бунте» был исключен из университета иожак революционно настроенной части студенчества Белинский.

С начала тридцатых годов у всех поступающих в университет начали брать подписку «в непринадлежности к тайным обществам». «Эта мудрая мера, – писал позднее Гончаров, – производила одно действие: тем, кто из молодежи и во сне не видали никаких тайных обществ, этим давалось о них понятие – и только. Принадлежавшим же к этим обществам – если были такие – она, я полагаю, преградою не служила». Но и этого показалось мало Николаю I. Так, по его указанию в университете философию стало преподавать духовенство. Попечители, верой и правдой служившие престолу, ввели для студентов такие меры наказания за вольнодумство, как карцер, отдача в солдаты, исключение по малейшему поводу.

Любимый профессор Гончарова Н. И. Надеждин говорил, что «всякая жизнь есть не что иное, как непрерывное самообразование, беспрестанное стремление к совершенству». И Гончаров, по его собственным словам, «систематически, с помощью критического анализа изучал образцовые произведения иностранных и отечественных писателей». «Только тому университет и сослужит свою службу, – впоследствии говорил он, – кто из чтения сделает себе вторую жизнь». Студент Иван Гончаров с первых же дней занятий с увлечением взялся за учебу. Он, не довольствуясь университетской программой, серьезно изучает классические произведения художественной литературы: Гомера и Данте, Сервантеса и Шекспира,   Вальтера   Скотта. Университетские годы! Чудесная пора надежд, мечтаний и тревог! Студент Гончаров с увлечением посещает лекции любимых профессоров, много читает.

«Университетский официальный курс кончился, но влияние университета продолжалось. Потеряв из вида своих товарищей, словесников, я не забывал профессоров и их указаний… Тщательно изучая иностранные литературы, я уже регулировал свои занятия по тем указаниям, которые преподавали нам в университете наши… любимые профессора», – писал Гончаров. Университет, писал позднее Гончаров, оставил в его душе «много тепла и света» и воспоминание о нем было одним из самых отрадных.

«Вот вам теория искусства, – сказал Уваров, обращаясь к нам, студентам, и указывая на Давыдова, – а вот и самое искусство», – прибавил он, указывая на Пушкина. Он эффектно отчеканил эту фразу, очевидно заранее приготовленную. Мы все жадно впились глазами в Пушкина. Давыдов оканчивал лекцию. Речь шла о «Слове о полку Игореве». Тут же ожидал своей очереди читать лекцию, после Давыдова, и Каченовский. Нечаянно между ними завязался, по поводу «Слова о полку Игореве», разговор, который мало-помалу перешел в горячий спор. «Подойдите ближе, господа, – это для вас интересно», – пригласил нас Уваров, и мы тесной толпой, как стеной, окружили Пушкина, Уварова и обоих профессоров. Не умею выразить, как велико было наше наслаждение – видеть и слышать нашего кумира,

Я не лрипомню подробностей их состязания, – помню только, что Пушкин горячо отстаивал подлинность древнерусского эпоса, а Каченовский вонзал в него свой беспощадный аналитический нож. Его щеки ярко горели алым румянцем, и глаза бросали молнии сквозь очки. Может быть, к этому раздражению много огня прибавлял и известный литератзгрный антагонизм между ним и Пушкиным. Пушкин говорил с увлечением, по, к сожалению, тихо, сдержанным тоном, так что за толпой трудно было расслушать. Впрочем, меня занимал не Игорь, а сам Пушкин.

Прошло три года… Окончен университет. В июне 4834 года, после выпускных экзаменов, Гончаров полон радужных надежд: «Я свободный гражданин мира, передо мной открыты все пути, и между ними первый путь – на родину, домой, к своим».


Загрузка...



Схожі твори: