Головна Головна -> Твори -> Святая вода. Изложение посвященной Дню Победы 9 мая

Святая вода. Изложение посвященной Дню Победы 9 мая



Шумят степные ковыли, переговариваются между собой, прислушиваются к чему-то, будто кто-то нашептывает им про старину древнюю, такую древнюю, что, пожалуй, и не поверишь, что такое могло быть. Серебристой поволокой покрыта та старина, и боишься приоткрыть туда дверь, боишься спугнуть, растерять те кристаллики чудес, название которым мудрость народа.

За резным деревянным столом Григорий с Антипом сидят давно. Так давно, что уже и выпито хмельной браги достаточно, а разговор все в нужное русло не войдет. Григорий -уважаемый в станице человек, лавка у него с товарами разными. Здесь все можно найти: от пряников печатных до дегтя. Степенный он мужик, прежде чем слово скажет и с той с другой стороны его взвесит. Говорит размеренно, цену себе знает. И в купеческих кругах его уважают- на Оренбургской ярмарке у него одно из почетных мест. Только единственная печаль гложет его: детей ему Бог не дал. Кому оставить все нажитое, кто род его продолжит? И по монастырям он жен своих возил, и обеты давал, но все впустую. Был у него на душе грех, не каждому о том поведаешь, что давно прошло, быльем поросло.Уже белым снегом запорошила ему чуб старость, но былую стать он не растерял, не разменял на мелочи свои годы.

Антип молчал, исподлобья поглядывая на собеседника. Зачем позвал его этот богач, что хотел выудить, поя хмельной брагой. Антип мужик сильный: одним ударом валил быка на борозде. И детей у него куча мала. И молод он, но молодость мудрости не помеха. По всему было видно, что далась ему эта извечная человеческая истина- в правде да труде крестьянская мудрость. К советам и словам Антипа прислушивались даже станичные старики. Видимо, не случайно Григорий выбрал Антипа – времени у него оставалось мало на земные дела.

Матрена третья жена Григория, на минуту вошла в избу, поставила на стол миску с солеными огурцами и корчагу с хмельной брагой. Это была статная красивая баба. Русые косы спелым колосом уложены на голове, богатая кича прикрывала их. Длинный сарафан из домотканого сукна не портил её стан. Но статной её фигуре не хватало материнства. Подняв глаза к иконе, она трижды перекрестилась и, поклонившись присутствующим, неслышно вышла.

Григорий налил в ковш хмельной браги, выпил сам, приглашая гостя, вытер тыльной стороной ладони усы и начал тяжелый разговор:
– Антип Матвеевич, не взыщи, душу свою хочу тебе раскрыть, грех на ней…
-Что ты, Григорий Назарыч, что я тебе за душеприказчик. В таких делах не я нужен…
-А ты, Антипушка, послушай, может, что и присоветуешь. Не дело это человека-то не выслушать.

Сам знаешь, родители мои небогатые были: коровенка да лошаденка- вот весь скарб. Я и в подпасках был, и в батраках случалось. И так я на судьбу свою беспросветную обиделся. Грех , конечно, но порой жизнь мне не в радость была. Помнишь первую мою жену, Полюшку. Из богатой она семьи, отец за неё такое приданое обещал, что от женихов отбоя не было. Но не каждого они в свою горницу пускали, где уж было мне! И мечтать не смел! А нравилась она мне – страсть как! Только о ней и думы были. И вот пасу я в Грачином стадо купца Ерофеева. Тошно так, что свет белый не мил. Задремывать я стал- вдруг вижу баба стоит передо мной- ни старая ни молодая- на голове катетка застиранная, зипунок штопаный, смотрит мне в глаза и ласково так молвит:

-Богатой жизни, милок, хочешь? Получишь, коли от самого святого в жизни откажешься.
А что есть святое в жизни бедняка я толком-то и не знал, и умом раскинуть не мог. Киваю я , значит , головой. А она мне будто говорит:
-Нет, землю целуй, ею клянись!

Я с дуру-то бух головой в землю – глаза поднял – а её нет. Каждое дерево я тогда облазил, под каждый кустик заглянул – нет! Ну, думаю, привиделось мне. И молюсь Богу, молюсь…

Только с той поры будто кто мне врата счастья открыл. За работу – телку дали, а она двойней отелилась. Купец Ерофеев , видя мое прилежание, приказчиком сделал- и денежки зашевелились. Тут и Полюшка моей стала, дуща в душу мы с ней жили, но детей Бог не дал. От этого и сошла она рано в могилку. Все плакала, тужила; а последнее время завернет полено в тряпку и качает да так жалобно поет – сердце тоской заходится. Вторую жену. Настасью, я уже по всем святым местам возил.

Решили сиротку взять, но недолго радовались: померла она вскоре,а за ней и Настасья.
Матрена, сам знаешь, девка- маков цвет, кровь с молоком- ну уж, думаю, она мне деток-то нарожает. Ан, нет… Видно, баба-то та непростая была, не привиделась она мне. Это жизнь моя нищая приходила – и совершил я такой обмен по глупости да по молодости, и душа моя теперь стонет и покоя не знает. Тебе первому, Антипушка, я тайну свою открыл, но не для потехи – для совета мудрого. Коли присоветуешь что, избу я тебе новую поставлю, хошь денег дам- ты скажи, я все сделаю…
Антип долго молчал, хмельная брага не была ему помехой в думах:

-Ты, Григорий Назарыч, не обессудь меня- какой я в таких делах советчик! Сам говоришь- по святым местам ездил, тайную милостыню подавал. А мне ничего от тебя не нужно. Знаю, все, что не трудом нажито , зыбко. Но одно тебе сказать хочу: есть за околицей у нас доброе место- колодец бы там вырыть. Говорят, святая вода в том колодце, даст Бог, будет. Всем миром тебе поможем и молиться за тебя будем.

-Вода . говоришь, колодец, что ж будь по-твоему. А про разговор наш молчок!
На следующее утро поп окропил святой водой то место, прочитал молитву. Много народу собралось- вода колодезная да на добром месте- святое дело! И рядом с мужиками, что Григорий Назарыч нанял, сам он. От начала до конца в первых рядах был. Стосковались, видимо, по тяжелой крестьянской работе руки, мозолями кровяными покрылись. Тут же, на полянке, ел вместе с мужиками нехитрый крестьянский обед- хлеб да кислое молоко, а иногда и квас с сухарями.

Знатный колодец получился, глубокий; вода в нем как слеза ангела: чистая- чистая, прозрачная- прозрачная. Первый ковш той святой воды Матрене поднесли, жене Григория. Выпила она всю до дна, перекрестилась и на четыре стороны поклонилась. А колодец с той поры Ярмарочным называют. Торговля здесь бойкая зародилась. Купцы с товарами разными сюда в особый день приезжали. Чего тут только не было: от хомутов, платков цветастых до янтарного меда, кваса хмельного.
А Матрена ранней весной мальчика родила, Назаром назвали…


Загрузка...



Схожі твори: