Головна Головна -> Твори -> Краткий сюжет цикла Вильегаса «Сновиденья»

Краткий сюжет цикла Вильегаса «Сновиденья»



Признанным шедевром творчества Вильегаса является его знаменитый цикл «Сновиденья», который много кто называет словесным эквивалентом живописи И. Босха. Сперва в цикл входили «Сновиденья о Страшном Cyде», «Бесноватый альгуасил», «Сновидения об аде», «Мир изнутри». Со временем было написано «Сновиденье о смерти». Форма видений или сновидений давала свободу авторской фантазии, которая позволяла ему путешествовать потусторонним миром, взглянуть с помощью Рассеивателя ошибочных убеждений на истинную сущность вещей, людей и их поступков. Как Ад Данте был заселен его современниками-итальянцами, так и со страниц описания ада Кеведо возникает Испания XVII ст.

В дьявольском вихре пролетают перед нами продажные судьи, вороватые аптекари, франты, проститутки, портные, сапожники, короли, вельможи. В день Страшного Суда «прелюбодеи стараются спрятаться от собственных глаз, не желая вести на суд свидетелей, которые могли бы их оговорить; как сплетники прячутся от собственных языков, а воры и убийцы сбиваются с ног, чтобы убежать от своих рук». Если в потустороннем мире люди, их поступки и мотивы возникают в своей непривлекательной наготе и каждому достается по его заслугам, то в земном мире властвуют вранье и лицемерие. Главная улица мира называется улицей Двуликости. «Начинается она там, где начинается мир, и заканчивается вместе с ним… Все грехи ведут свое начало от лицемерия, в нем они зарождаются и умирают, им питаются гнев, пренебрежение, алчность, охота, леность, человекоубийство и тысяча других».

Хаотичность композиции «Сновидений» помогает создать общую картину дьявольской фантасмагории мира. К циклу «Сновидений» близки по замыслу и манере «Соображения о всех дьяволах» и «Время отплаты, или Умная Фортуна».

Последнее произведение является сборником новелл, композиционно объединенных общей сюжетной рамкой – рассказом о собрании богов на Олимпе под предводительством Юпитера. Боги, изображенные Вильегасом в подчеркнуто карикатурном виде, решают попросить слепую богиню Фортуну в определенный день и определенный час отплатить всем людям по заслугам. Это время по желанию богов должно настать 20 июня 1635 г. в 4 часа пополудни. В 40 новеллах цикла Кеведо-и-Вильегас изображает все слои испанского общества. Среди знакомых уже по «Сновидениям» изобличениям взяточничества, лицемерия, алчности людей, готовых даже «солнце превратить в золотой дублон», появляются темы политические. Кеведо-и-Вильегас размышляет о внешней политике Испании и других европейских стран, о идеальном государственном устройстве («Народы, которые живут под властью князей и республик»).

Свои представления о том, как должно быть устроено государство, Кеведо-и-Вильегас вкладывает в уста какого-то рыжего юриста: «Наше требование – свобода для всех; ведь нам хочется покоряться правосудию, а не насилию, слушаться ума, а не прихоти; быть в республике товарищами, а не рабами; руками, а не орудием; телом, а не тенью». Прошло время благодарности, в течение которого боги внимательно следили за всеми земными делами. И увидели они, «что тот, кто в бедности и ничтожестве был смиренным, ужасно загордился и возгордился. Тот же, кто роскошествовал в почете и богатстве и по этой причине был развратником, тираном, наглецом и преступником, получил благодарность, отход от мирской суеты и милосердия, познав бедность и неуважение». Таким образом, ничего не изменилось в мире, а лишь поменялось местами. И боги решили возвратить все так, как было. Мир основывается на грехах, и изменить что-нибудь в мире бессильны даже боги – такой пессимистический вывод Кеведо-и-Вильегаса. Роман «История жизни прохиндея по имени дон Паблос…» стал этапным не только в творчестве Кеведо-и-Вильегаса, а и в истории плутовского романа, на литературную традицию которого он опирается. На момент создания «Прохиндея» читательской публике Испании были известны и анонимная повесть «Жизнь Ласарильо из Тормеса», и роман М. Алемана «Гусман де Альфараче». Эти произведения уже определили основные контуры нового жанра. Сказ в плутовском романе ведется от лица героя, выходца из низов общества, который пареньком, попадая в мир, который всегда вражеский ему, понимает, что выжить можно, лишь овладев правилами игры этого греховного мира. Юный Паблос, испытав страдания и унижения в университете Алькала, размышляет: «Поговорка говорит, и говорит правильно: с волками жить – по-волчьи выть. Глубоко вдумавшись в нее, пришел я к выводу быть мошенником с мошенниками, и еще большим, когда смогу, чем все другие».

Плутовской роман строится по обыкновению по принципу нанизывания эпизодов, объединенных фигурой главного героя. Хронограф плутовского романа – «большой дорогой по родному миру» (М. Бахтин) – позволяет писателю изобразить жизнь всех слоев и социальных групп. Кеведо-и-Вильегас, сознательно ориентируясь на традицию плутовского романа, доводит  немало его черт до крайней границы, сгущает краски, дает волю своей фантазии, едкому сарказму, злой насмешке. Пасмурный мир романа Кеведо-и-Вильегаса – мир, лишенный обычных пропорций, мир, заселенный безумцами (прожектер, который предлагает высосать море с помощью губок; учитель фехтования, который вычерчивает немыслимые геометрические фигуры, прежде чем сделать шаг). Открытый финал плутовского романа лишь подчеркивает бесперспективность усилий героя. Кеведо-и-Вильегас заостряет на этом внимание читателей, вкладывая в уста Паблоса такие слова: «…никогда не исправит своей судьбы тот, кто изменяет место и не изменяет своего образа жизни и своих привычек».

Острый сатирический пафос романа существенно повлиял на его судьбу: сразу же после публикации «Прохиндея» появились доносы инквизиции на имеющиеся в романе насмешки над церковью и на аморальность. В 1646 г. «Прохиндей» был занесен в список книг, которые подлежат серьезной «чистке». Однако у читателей роман получил популярность и был переведен на многие европейские языки. Поэтическое наследие Кеведо-и-Вильегаса поражает своим многообразием. Здесь и утонченные лирические сонеты, и сатиры, приправленные иногда грубым цинизмом, эпиграммы, элегии, романсы, канцоны, оды. Величие Кеведо-и-Вильегаса прежде всего в слове. «Чтобы наслаждаться творчеством Кеведо-и-Вильегаса, нужно (на самом деле или потенциально) любить слово, и наоборот, тот, кто не имеет склонности к литературе, не может наслаждаться произведениями Кеведо-и-Вильегаса». Критикуя гонгористов за использование языка лишь как средства затемнения смысла, Кеведо-и-Вильегас, принадлежа к другому течению испанской литературы – концептизму, утверждал, что язык должен помогать выражению утонченной, отчасти парадоксальной мысли.

А это требует использования разнообразных художественных приемов. Язык Кеведо-и-Вильегаса насыщен сложными метафорами, неожиданными сравнениями, игрой слов, каламбурами, неологизмами. Писатель активно использует антитезы, гиперболы, употребляет слова в непривычном для них значении, наделяет безжизненные предметы свойствами живых. Вот как, например, Кеведо-и-Вильегас описывает лиценциата Кабру в «Истории жизни прохиндея по имени дон Паблос».

Он был олицетворением «воплощенного голода». «Щеки его были украшены бородой, выцветшей от страха перед ртом, который содержался по соседству и, казалось, грозился ее съесть из-за большого голода. Не знаю, сколько зубов ему не хватало, но думаю, что они были изгнаны из его рта за безделье и праздность. Шея у него была длинная, будто у страуса,. Руки его болтались как кнуты, а пальцы вскидывались как скрученные виноградные лозы. Если смотреть на него от пояса в низ, он казался вилкой или циркулем на двух длинных и тонких ножках». Кеведо-и-Вильегас оказал существенное влияние на развитие испанской литературы следующих эпох. «Прошло триста лет после физической смерти Кеведо-и-Вильегаса, однако он и до сих пор остается наилучшим мастером испанской литературы.


Загрузка...



Схожі твори: