Головна Головна -> Твори -> Сюжеты, темы в творческой биографии Арбузова

Сюжеты, темы в творческой биографии Арбузова




В творческой биографии Арбузова часто случалось так, что по прошествии времени драматург возвращался к ранее написанным произведениям, так как их сюжеты, темы, настроения оказывались через два-три десятилетия вновь востребованы театром и зрителями. Так произошло с пьесой “Мой бедный Марат” (1964, вторая редакция – 1980), созвучной зоринской “Варшавской мелодии”. Здесь, как и у Зорина, личные судьбы героев – трех ленинградских подростков, осиротевших в блокаду, включены автором в движение “большого” исторического времени. Сходно и построение этих двух пьес – перед нами своеобразный “дневник” встреч героев, всегда точно датированных: “1-я часть: март 1942 года. 2-я часть: март 1946 года. 3-я часть: декабрь 1959 года”. Точное временное обозначение имеют отдельные эпизоды пьесы, ее начало (30 марта 1942 г.) и конец (31 декабря 1959 г.).

Как и для персонажей “Варшавской мелодии”, остро пережитые еще совсем юными героями военные годы становятся определяющими в их личностном формировании и всей дальнейшей судьбе. “Я словно все еще принадлежу той девочке сорок второго года… во всем ей послушна”, – признается Лика во второй части пьесы. “В сущности, ты осталась у меня одна. Одна на всем свете… Ты и Марат. То, что было тогда, весной сорок второго, не забудется”, – вторит ей Леонидик.

По-прежнему Арбузов предпочитает строить драму не на изображении прямых социальных конфликтов, а на внутренних противоречиях человеческого характера и межличностных отношений. Драматурга все чаще упрекают в том, что он не поднимается до масштабных обобщений, “отражающих ход времени”, но сейчас мы понимаем, как несправедливы подобные упреки. Герои Арбузова, быть может, и хотели бы, да не имеют возможности “выпасть” из исторического времени, построить свой обособленный и уютный личный мир. Это его персонажам никогда не удавалось: ни в 1940-е, ни в 1950-е, ни в 1960-е годы. Арбузов был драматургом, чутко улавливающим атмосферу времени, при всей своей романтической устремленности и склонности к мелодраматическим эффектам. И на сегодняшний взгляд кажется, что пьеса “Мой бедный Марат”, интересная не “масштабными обобщениями”, а пристальным вниманием к судьбе конкретного человека во времени, осталась одним из лучших арбузовских произведений. Не случайно в последние годы театры вновь проявляют активный интерес именно к этой пьесе, появляются новые удачные ее постановки с участием современных молодых актеров.

В основе пьесы – сложная психологическая коллизия. Духовное родство, соединившее в дни блокады Лику, Марата и Леонидика, должно пройти после войны проверку временем – кто же “лишний” в этом “треугольнике” и есть ли вообще этот “лишний”? Здесь-то и начинается череда компромиссов, которые порождают в результате дисгармонию, слабость, душевную вялость этих ярких, достойных, одаренных людей.

В какой момент своей жизни совершил ошибку, например, “бедный Марат”? Когда, несмотря на всю силу своего чувства к Лике, не смог позволить себе тягаться с Леонидиком, потерявшим на войне руку? Но это ведь был одномоментный, хотя и сильный душевный порыв. Тогда, наверное, ошибка в том, что потом дни, месяцы, годы, сложившиеся в целых тринадцать лет, он никак не давал о себе знать ни другу, ни возлюбленной? Или, может быть, в том, что, чуть ли не приведенный за руку Леонидиком, он вновь предстал перед Ликой и вновь столкнулся с неразрешимым вопросом о “третьем лишнем”? А возможно, что вообще вся жизнь главного героя – сплошная череда ошибок, компромиссов, заблуждений, и именно поэтому он для драматурга – “мой бедный Марат”.

Так же половинчато, с оговорками сложилась и профессиональная карьера героев. Лика вроде бы осуществила свою юношескую мечту сорок второго года – стала врачом. Но героиня, как никто другой, ясно понимает, что ее научная работа не состоялась, а сама она постепенно превратилась в чиновника “от медицины”, “неосвобожденную заведующую”. Марат строит мосты, но как в отношениях с любимой женщиной ему не хватило дерзновенной смелости, так и здесь – когда его друг-проектировщик предложил смелый конструкторский проект доселе невиданного моста, Марат отступился, дрогнул. Леонидик стал поэтом, его произведения издаются, но опять же мы узнаем, что тираж его стихотворений небольшой, “а в магазинах лежат”.

Будь перед нами драма, к примеру, Александра Володина, герои, несомненно, так и остались бы в финале со своими не вполне удавшимися судьбами и половинчатым, а значит, уже и не совсем счастьем. Но Арбузов не был бы Арбузовым, если бы не дал героям возможности обновления, изменения их судьбы, возможности начать все сначала. Или хотя бы надежды на перемены к лучшему. В финале повзрослевшие и помудревшие Марат, Лика и Леонидик получают от драматурга этот дорогой подарок – надежду на счастье полного человеческого самоосуществления. “Люди здорово задолжали провидению за то, что оно позволило им жить на земле, – размышляет Марат. – Вспомни сорок второй, блокадную зиму, все страдания. Сотни тысяч умерли за то, чтобы мы были необыкновенны, одержимы, счастливы. А мы – я, ты, Леонидик?.. Нет, теперь я хочу верить вот во что – даже за день до смерти не поздно начать жизнь сначала”.

“Пока мы есть, мы ждем чудес, | пока мы здесь, мы им причастны”, – согласится с Маратом героиня пьесы “Старомодная комедия”, напевающая песенку про цирк. Светлым ощущением ожидания чуда пронизаны произведения Арбузова первой половины 1970-х годов – критики назовут их “голубым периодом” творчества драматурга. Пьесы “Сказки старого Арбата” (1970), “В этом милом старом доме” (1972), “Старомодная комедия” (1975) объединяет прежде всего их жанровая принадлежность. Это комедии о любви с привычной для Арбузова мелодраматической окраской.

Как прелестная добрая фея, появляется на страницах “Сказок старого Арбата” приехавшая из Ленинграда Виктоша и, разумеется, сразу покоряет сердца обоих героев пьесы – отца и сына Балясниковых. Она щедро дарит им радость, вдохновение, возможность примирения, о котором оба втайне давно мечтали. Но любовь для стареющего кукольника не только счастье, но и страдание, ожидание неизбежной утраты-расставания: “Читать вместе веселые книги и печальные стихи, встречать рассвет в незнакомых городах, работать до изнеможения и хвалиться этим друг перед другом, молчать в звездные вечера и умирать от смеха в дождливую погоду, – о черт, как я готов к этому!.. Но поздно, поздно…” Неожиданно появившись, Виктоша так же неожиданно исчезает в финале пьесы, оставив после себя неуловимую ауру легкой грусти, светлой пушкинско-тютчевской печали.

Пьеса “Старомодная комедия” имела, пожалуй, самую счастливую сценическую судьбу из всех произведений Арбузова “голубого периода”. Она с успехом шла не только в России, но и в Шекспировском театре в Англии, в парижском Театре комедии на Елисейских полях, в Вашингтоне и во многих других странах.

“Старомодная комедия” – пьеса-дуэт. Арбузов рассказывал, что замысел ее возник под впечатлением случайной встречи на Арбате с проходившей мимо пожилой парой: “Им было лет по шестьдесят. Они шли, заботливо поддерживая друг друга. Добрые, аккуратные… И что всего интереснее – они хохотали…, смеялись, как очень счастливые люди. И я вдруг понял, как много теряют их ровесники, думая, что жизнь кончена…” В любом возрасте, уверен автор, первая встреча, зарождение нежного чувства переживаются людьми так же трепетно, как в юности. Несмотря на то что судьбы героев были нелегкими, они пережили войну, потерю близких, ими “много было пройдено дорог” и “много сделано ошибок”. Но человек жив, молод душой до тех пор, пока он открыт миру, способен удивляться и не утратил любопытства к жизни и к людям. Об этом в пьесе говорят и он, и она:

“Она. Я кассирша. <…> И представляете – мне тоже живется довольно весело. Вокруг очень живой народ. И общественная жизнь кипит ключом… И совершенно, совершенно нет свободного времени. Очень, в общем, весело. (Помолчав). Только вот иногда придешь вдруг домой, и как-то никого нет <…>, как-то пусто… Ну, невесело как-то.

Он. Я постоянно окружен множеством людей… Врачу открыто то, что совершенно неизвестно простому смертному… Казалось бы, чужие судьбы. Но стоит тебе как врачу в них вмешаться, и они уже становятся в какой-то мере и твоими… О каком же одиночестве может тут идти речь?..”

Нет, герои “Старомодной комедии” не жалуются на судьбу, они не привыкли ныть и вымаливать у окружающих сочувствие. Они сохраняют в себе “старомодное” чувство собственного достоинства, благородство, взаимоуважение, и, может быть, в награду за возвышенные свойства их души им дарована такая долгожданная встреча.






Схожі твори: